Индюк с «антикварной» камеей

Арт-чума в России достигла невиданных размеров

Надежда ПОПОВА. Аргументы Недели, 15 сентября 2010

«Аргументы неделi» вновь возвращаются к антикварной теме, потому что материал «Антикварная окрошка, или Золотая тиара Гохмана», опубликованный 05.08.2010 г. (см. «АН», №220), вызвал живой отклик у наших читателей.

«Понятно, что в теневой арт-бизнес вовлечена многотысячная армия: от хитроумных мошенников до коллекционеров. Этот вид бизнеса давно приобрел интернациональный характер, – пишет Александр Андрианов из Санкт-Петербурга. – Надо понимать, что произведения искусства – надежная валюта. Деньги, вложенные в антиквариат, не может уничтожить ни одна инфляция».

Итак, продолжаем тему. Мои собеседники – руководитель проекта, издатель Каталога подделок и Каталога предметов искусства, антиквариата и редких книг, находящихся в розыске, – Владимир РОЩИН и антиквар Н., который согласился разговаривать с журналистом на условиях анонимности.

Фрейд, Бэкон и Абрамович

Картина "Обнаженная в интерьере", якобы кисти Кустодиева, оказалась подделкой, стоившей В. Вексельбергу 2,9 млн $

– Открою вам такую тайну: рынок подделок на Западе имеет несравненно большие обороты, чем рынок подлинного антиквариата, – говорит антиквар Н. – Продажа вещи через солидный аукцион не гарантирует приобретения подлинного шедевра. Экспертные комиссии перед проведением аукционных торгов еще на стадии подготовки к продаже могут разоблачить подделку. Но, увы, не всегда. Как заявил в Лондоне на конференции «Проблемы преступности в сфере искусства» ведущий научный сотрудник Британского музея Пол Крэддок, «количество настоящего материала на рынке очень невелико. И большая часть древностей либо краденая, либо поддельная».

– Рынок антиквариата по своим доходности и обороту сравним, пожалуй, с торговлей лекарствами и алкоголем, – считает издатель Каталогов подделок Владимир Рощин. – Но сегодня почти 70% на рынке антиквариата – по мнению экспертов – подделки. Рос­охранкультура пытается бороться с этим явлением, которое образно называют «арт-чумой». Именно для этого и выпущены Каталоги подделок произведений живописи. И благодаря каталогам «Внимание, розыск!» в Россию уже вернули более 10 шедевров. И это блестящий результат.

Тем временем на известных аукционах теперь появляются «знакомые все лица». Говорят, с недавних пор аукционами «Сотбис» и «Кристи» увлекся Роман Абрамович. Он уже вошел в десятку крупнейших коллекционеров антиквариата. В его коллекции – немало редких предметов, таких как картины Фрэнсиса Бэкона и Люсьена Фрейда, а также бронзовая статуэтка работы Альберто Джакометти. Будем надеяться, что все, что приобрел г‑н Абрамович на аукционах, – вещи подлинные.

Одалиска в трауре

А вот известному собирателю произведений искусства Виктору Вексельбергу повезло куда меньше: в его раритетной коллекции вдруг появилась подделка. И попала она в коллекцию с аукциона «Кристи» (ноябрь 2005 г.). Это полотно Бориса Кустодиева «Обнаженная в интерьере». В Каталоге подделок работа названа «Одалиска» (стоимость – 2,9 млн. долларов). Она снабжена тремя отрицательными экспертизами.

В 2006 г. полотно подвергли экспертизе Владимир Петров и Ирина Геращенко (Центр имени Грабаря). В обоих случаях авторство Бориса Кустодиева не подтвердилось. В 2009 г. была сделана еще одна экспертиза в Русском музее. И тоже отрицательная. В. Вексельберг добился возможности провести экспертизу и в Третьяковской галерее: вещь претендует быть частью культурного наследия России.

Но кто же дал поддельной картине положительную экспертизу? Картина была продана без экспертизы и имела якобы хороший провенанс (история продаж – «АН»).

– Главные виновники криминализации арт-рынка сегодня не арт-дилеры, а эксперты, превращающие их в подлинники, – считает Владимир Рощин.

Комод Андре Буля

Но как, какими окольными путями приходят на аукционы и в частные коллекции фальшивки и подделки?

– Тут интересно будет проследить, к примеру, появление раритетной мебели придворного мастера Андре Буля, – рассказывает антиквар Н. – Буль – это шкафы, комоды, консоли, столы, стойки для часов. Они очень узнаваемы – среди растительных узоров появляются крылатые ангелочки. Первые комоды, выполненные в стиле «Буль», были изготовлены из красного дерева. Мода на комоды Буля в Европе появилась не так давно. Но при своей жизни Буль не был широко известен. Да и его маленькая «фабрика» работала исключительно для нужд королевского двора. И вдруг на мебель работы Буля возникает ажиотажный спрос. И почти в каждой обеспеченной парижской семье появляются комоды Буля. Откуда же? Искусствоведы провели расследование и выяснили: лет 120 назад в Париже работала фабрика, производившая мебель «под Буля». И мебели этой она настругала огромное количество.

Фантазеры из Неаполя

У индустрии фальшивок – своя давняя и долгая история, порой весьма фантастическая. В производстве фальсифицированных предметов старины засветились многие страны мира.

Чем прославилась Голландия? Голландцы занимались изготовлением и продажей фальшивого китайского фарфора.

Не остались в стороне и итальянцы. Черные антиквары в Венеции специализировались на фальсификации старинных предметов с инкрустациями из слоновой кости. Город Неаполь стал европейской столицей фабрикации поддельных античных камей. Вот только вырезанные из камня камеи имели очень уж легкомысленно-свежий вид. Черные антиквары придумали выход из положения: на помощь они призвали... индюков. И заставили птицу глотать камеи. На выходе из индюшачьего желудочно-кишечного тракта произведение искусства стало выглядеть вполне «древним».

«Русские торги» на «Кристи» и «Сотбис»

А когда проявились первые русские коллекционеры? Они появились на известных аукционах во время перестройки. И русское искусство вмиг стало высоколиквидным товаром. Именно высокая покупательная способность новых русских подогревает цены на предметы отечественного искусства на известных аукционах.

Наибольший темп продаж на аукционах наблюдается последние шесть лет. В 2004-м общая стоимость русских лотов, ушедших с молотка на «Кристи», составила 23 млн. долл., а на «Сотбис» – 51 млн. долларов. В 2005 г. показатели «Сотбис» удвоились. У «Кристи» возросли на 77%. И достигли 40,7 млн. долларов. В 2006-м сумма оплаченных чеков на «Кристи» вновь возросла, уже до 70 млн. долларов. Но годом рекордов для обоих аукционных домов стал 2007‑й. «Русские торги» принесли «Сотбис» 80 млн., а «Кристи» – 92 млн. долларов.

Интересно: сколько же продано фальшивок и подделок? Неужели в числе пострадавших пока только один г-н Вексельберг? Оказывается, нет: в западных коллекциях хранится более 8 тыс. фальшивых единиц русского авангардного искусства. Многие из них были проданы через аукционные дома, как «Одалиска», приобретенная В. Вексельбергом.

Выходит, что каталоги, изданные в России, наносят колоссальный финансовый ущерб производителям фальшивок. И теперь каждый, кто приобрел в антикварном магазине или у частного арт-дилера дорогостоящую вещь, может, полистав каталог, понять, что именно он купил – шедевр или «индюка с антикварной камеей».

Арт-чума расползается

Арт-чума продолжает расползаться по России. Разоблачения в этой сфере уже привели к череде громких скандалов. И к обвалу рынка «старого искусства», а также к подрыву доверия к институту экспертизы. Что же делать?

– Ставить преграды распространению арт-чумы – вот что надо делать! – уверен Владимир Рощин. – Нужно разбираться с теми профнепригодными экспертами, кто уже оказался в центре громких скандалов.

И напомнить министру культуры Александру Авдееву, что у него на столе лежит несколько заявлений от тех, кто пострадал от действий таких экспертов. Когда будут приниматься меры?

«Блошиная» сеть: Пюс, Портобелло и Лимож

Где сегодня можно приобрести ворованный шедевр?

– Не только в антикварных магазинах, но и на блошиных рынках, – рассказывает антиквар Н. – Самые крупные из них находятся в Париже и Лондоне. Парижский Сент-Уан (в простонародье – Пюс) занимает несколько кварталов. Там можно купить все – вплоть до полотен импрессионистов. Кроме того, в Париже есть много других рынков, их еще называют «броканты». Они имеют свою специализацию. Реймс – антиквариат высокого уровня, Лимож – предметы декоративно-прикладного искусства, Поль-Бер – это фарфор, Серпетт – живопись и дизайн в стиле модерн, Валле – гравюры и фотографии.

В Лондоне небольшой блошиный рынок есть в каждом районе. Но самый знаменитый – это антикварный рынок Портобелло.

В Италии наиболее известны «блошки» в Риме – это Систина и в Милане – Навиглио. У поляков «антиквариатом» торгуют в Гданьске на ярмарке Святого Доминика. В Швейцарии блошиный рынок работает в Цюрихе на улице Бурклиплац.

По свидетельству антиквара Н., на этих рынках достаточно часто можно напасть на стоящие вещицы, особенно на лондонском Портобелло. Бывает, умирает старушка «голубых» кровей и оставляет сундуки со шкатулками, а внуки, чтобы не терять драгоценное время, идут не на аукцион «Кристи», а на блошиный рынок…

P.S. Как уже сообщали «АН», Минкульт завершил комплексную проверку музеев. Она длилась три года. Инспекторы посетили 1881 заведение. Общий фонд – 73 млн. экземпляров. На месте нет 242 тыс. предметов. В каких коллекциях они осели?