Камерный гость

От сумы да от тюрьмы не зарекайся. Новейшая история России подтверждает, что эта поговорка появилась у нас не зря — ни деньги, ни власть, ни общественное мнение не способны уберечь кого бы то ни было от посещения тюремной камеры. Что же необходимо знать, чтобы сохранить в ней человеческое достоинство и наладить более или менее приемлемый быт? 

Мировая практика, как правило, не разделяет лиц, находящихся под стражей, на тех, кто только ожидает судебного решения, и на тех, кто уже отбывает наказание по приговору суда. Наше законодательство в этом плане прогрессивнее. Оно делит лиц, содержащихся под стражей, на три категории: подозреваемые и обвиняемые (следственные арестованные), подсудимые, осужденные. Положение каждой из названных групп различно, но фактически всем им одинаково тяжело.

Фото Артур Прупас (Artur Prupas)

В специальном докладе уполномоченного по правам человека в Российской Федерации отмечено, что большая часть поступающих от осужденных жалоб касается неприемлемых условий содержания, отсутствия медицинской помощи и неоправданно жестокого обращения. Чрезмерная переполненность камер, необеспеченность индивидуальными спальными местами, нарушение иных санитарно - эпидемиологических норм ведет к распространению в тюрьмах туберкулеза и прочих опасных заболеваний. Проверки в учреждениях уголовно - исполнительной системы выявили более 34 тыс. человек с пониженным весом и более полутора тысяч — с признаками дистрофии. Зафиксированы даже случаи смерти от истощения.

Теоретически жизнь следственных арестованных должна в лучшую сторону отличаться от быта осужденных. На поверку же выходит иначе. Плохое питание, скученность и эпидемии туберкулеза — все это имеет место и в следственных изоляторах (СИЗО), которые инспекторами Совета Европы были приравнены к местам пыток.

Бывает, правда, что крайне неблагоприятные условия изолятора оказывают на человеческий организм чудодейственное влияние. Знакомый следователь рассказал мне случай с одним мужчиной, страдавшим импотенцией. Ревнуя жену к каждому встречному, он довел себя до исступления и так избил супругу, что та оказалась в реанимации, а ревнивец — в СИЗО. И после двухмесячного пребывания в стрессовых условиях камерной жизни у него полностью восстановилась потенция.

Как бы то ни было, следственные изолятор — не лечебное учреждение. Однако создание более или менее сносной обстановки возможно и там. Причина же частых ущемлений прав подследственных не только в недостаточном финансировании учреждений уголовно-исполнительной системы, но и в правовой безграмотности арестованных и их родственников.

Хотя бы отчасти восполнить этот пробел мы и попытаемся. Но следует сразу оговориться, что нижеприведенные советы адресованы людям, случайно оказавшимся в заключении. Для завсегдатаев колоний наши рекомендации — детский лепет. 

На нарах

Двери СИЗО открыты круглосуточно. При этом предельные сроки содержания под стражей четко оговорены Уголовно-процессуальным кодексом: в период следствия этот срок не может превышать 18 месяцев; в исключительных случаях его могут продлить еще на 6 месяцев.

Не будем углубляться в тонкости процедуры оформления, а остановимся лишь на моментах, позволяющих обеспечить соблюдение прав человека и облегчить бытовые неудобства.

В казенном доме не принято что-либо просить. “Не верь, не бойся, не проси” — это философия камерной жизни. Поэтому лишним не окажется ничего.

Фото: Дмитрий Лебедев, "Ъ"

Прежде всего необходимо запастись нижним бельем, носовыми платками, полотенцами, туалетными и постельными принадлежностями. Обязательно надо взять с собой бритвенный прибор, кипятильник, металлическую посуду, конверты, бумагу и другие письменные принадлежности. Если пошаливает здоровье, лучше прихватить необходимый минимум медикаментов, В противном случае не исключено, что все заболевания будут лечиться исключительно с помощью анальгина.

Вообще, о здоровье в камерных условиях надо заботиться особо, о психическом в том числе. Григорий Пасько, например, рекомендует в ежедневных стрессовых ситуациях тюрьмы пить отвар пустырника.

Разумно взять с собой сухари и другие продукты длительного пользования (по возможности компактные). Конечно, бульонные кубики не относятся к диетическим продуктам, но в трудную минуту силы они поддержат.

Если вещи собираются, когда человек уже в камере, то надо по возможности выполнить его просьбы. Конечно, близких арестованного может шокировать просьба принести не одну, а две зубные щетки или пожелание некурящего получить сигареты. Причина таких пожеланий может крыться в некоторых тюремных традициях — нельзя, к примеру, использовать упавшую на пол зубную щетку (а ее иногда специально выбивают из рук).

Теперь о поведении. Новичку лучше меньше говорить, а больше слушать, смотреть и анализировать. Стараться не конфликтовать, но и не деградировать. Во всяком случае, надо найти возможность делать зарядку, два раза в день чистить зубы и вообще следить за собой. Нечистоплотность и неряшливость будут обязательно замечены сокамерниками, которые отреагируют эффективнее любой санэпидстанции.

Особо следует упомянуть о продовольственных передачах. Конечно, трудно сдержать себя после нескольких дней баланды, но когда объевшийся счастливец под малоодобрительные взгляды сокамерников в очередной раз взберется на унитаз, он неизбежно задумается о вреде переедания.

Несколько слов о татуировках. В тюрьме это модно, но нужно ли в последующей жизни? К тому же о том, что на теле арестованного появилась наколка, обязательно узнает следователь, ведущий дело, и это вряд ли улучшит его мнение о подследственном. 

На осмотре

В первый же день доставленный в СИЗО проходит медицинское освидетельствование и санитарную обработку. Важно знать, что лица, нуждающиеся, по заключению медработника, в срочном стационарном лечении, при отсутствии возможности такого лечения в условиях изолятора в СИЗО приниматься не должны.

Если, не дай Бог, задержание сопровождалось необоснованным насилием либо незаконные методы воздействия применялись в период нахождения задержанного в милиции (в помещениях, которые по старой памяти именуются КПЗ), то именно при медосмотре важно обратить внимание медработников на следы побоев и требовать их отражения в медицинских документах.

Результаты медосвидетельствования вносятся в медицинскую амбулаторную карту, а при наличии телесных повреждений составляется соответствующий акт, который подписывается дежурным помощником, медицинским работником и начальником караула, доставившего арестованных. Далее в таких случаях оперативный отдел СИЗО должен провести проверку. При наличии признаков преступления материалы проверки направляются прокурору для принятия решения о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела.

Если результаты разбирательства по факту обнаружения телесных повреждений не удовлетворяют пострадавшего, надо незамедлительно жаловаться во все инстанции (как и при других случаях ущемления прав). К возможности обжалования некоторые относятся с недоверием, но исследования показали, что в некоторых регионах удовлетворяется почти каждая третья жалоба прокурору.

На допросе

Содержание в тюрьме — это постоянный стресс. Гнетущая обстановка может подтолкнуть неискушенного человека на поступки, о которых потом не раз придется пожалеть. Поэтому следует быть крайне предусмотрительным. Тут можно напомнить расхожую фразу из американских боевиков: “Все сказанное вами может быть истолковано против вас”.

Безусловно, неверно утверждать, что исключительно все сотрудники, с коими приходится общаться арестованным, непорядочны — процент негодяев среди работников СИЗО среднестатистический. Однако всегда лучше действовать, исходя из самого худшего варианта. Так, медики при случайных связях рекомендуют предохраняться; арестованному надо проявлять здоровую настороженность. Порядочный следователь поймет состояние арестованного и не изменит к нему отношения. А на мнение непорядочного человека нет смысла обращать внимание вообще.

Ни в коем случае нельзя поддаваться на провокационное предложение доказать свою невиновность. Любой человек и так считается невиновным до обвинительного решения суда, оправдываться он не обязан. И если у правоохранительных органов имеются подозрения, то им их и обосновывать.

Как бы ни было тяжко в грязной камере, ни в коем случае нельзя признавать себя виновным в том, чего не совершал. Обещание отпустить в случае признания под подписку или под залог в 99 случаях из ста следователем не будет выполнено.

Лучше всего воспользоваться квалифицированной юридической помощью, на которую каждый с момента задержания имеет право. Редко встречаются люди, которые сами могут отстоять свои права, но, кстати, и им может быть полезна встреча с адвокатом, который хотя бы упростит общение с внешним миром.

Можно отказаться от всех контактов до тех пор, пока не было беседы наедине с адвокатом. Добившись вызова нужного адвоката (на рекомендации следователей при его подборе лучше не полагаться), можно побеседовать с ним наедине и спланировать тактику поведения.

При этом арестованный вправе иметь свидания не только с защитником, но также с родственниками и иными лицами. Но если встреча с защитником гарантирована законом, то общение с иными лицами допускается лишь с разрешения следователя. Также как и передачи.

"Дачка" (передача) -- это отдельная история. Что бы передать арестованному немного "хавки" (еды) и белья родственникам приходится выстоять огромную очередь. Здесь с 1937 года почти ничего не изменилось. Если кто-то меня опровергнет, буду рад.

Следственно-арестованный вправе знать, в чем он подозревается или обвиняется; давать объяснения; представлять доказательства; заявлять ходатайства. Он может знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, а также с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности применения к нему заключения под стражу; заявлять отводы; приносить жалобы на действия и решения лица, производящего дознание, следователя, прокурора; участвовать при рассмотрении судьей жалоб на законность и обоснованность ареста. В случае нарушения этих прав арестованный вправе жаловаться во все инстанции.

И еще раз вернемся к оговоренному Уголовно- процессуальным кодексом предельному сроку содержания под стражей следственных арестованных. Не раз имели место факты грубого нарушения законодательства когда по истечении срока содержания под стражей прокуроры направляли в СИЗО не соответствующее действительности уведомления о передаче уголовныx дел в суды, в то время как в действительности дела оставались у них в производстве.

Отметим в этой связи и другое требование закона: все время содержания под стражей его срок должен своевременно продлеваться прокурором. Если срок содержания под стражей истек, а постановления прокурора на его продление нет, то такой подследственный должен 6ыть освобожден.