Чей туфля?

Иван Штраух, Профиль, № 19, 22 мая 2000

Империи рушатся, банки исчезают в одночасье, олигархи переквалифицируются в безработные. Но и у простых смертных есть шанс поучаствовать в очевидном-невероятном. Для этого иногда надо просто купить туфли.

Есть порода мужчин, которые умеют делать женщинам подарки. Они не только разбираются в размерах колготок, но и знают разницу между загадочными «10 den» и «50 den». Размеры бюстгальтеров для них не тайна за семью печатями, а опыт, материализовавшийся в прикладное знание. И уж если они подбирают любимой костюмец на распродаже, то он сидит тык-в-тык. Помню, как завистливо рассказывал Семен Аркадьевич об известном поэте-песеннике. Они очутились в одной тургруппе в Италии, и поэт-песенник потащил Семена с собой на распродажу в квартал для бедных (дело было при благословенной советской власти). Одного взгляда было достаточно, чтобы выудить из кучи непрезентабельного барахла матросский костюмчик для дочки-студентки и белый трикотажный костюм для «аистеночка», то есть жены. Семен стоял рядом, потупив взор. Чтобы не ударить в грязь лицом, он купил моей матери немыслимого розового цвета кофточку, расшитую гипюром и бисером, ужаснувшую, по-видимому, даже продавщицу. Потому что, осмотрев покупку Семена, она скинула цену вдвое. Зато позже мы втроем: мама, Семен Аркадьевич и я — лицезрели поэта-песенника с «аистеночком» на «Голубом огоньке». Так вот, «аистеночек» был аккурат в том элегантном белом костюме, который Семен Аркадьевич по телевизору тут же узнал. К тому времени розовое чудовище уже было подарено соседке по даче, у которой матушка брала молоко.

Короче говоря, я, как и Семен Аркадьевич, не принадлежу к этой редкой породе мужчин. Отчего выбор подарка женщине всегда становится для меня этаким психологическим тестом. С одеждой, я знаю, точно попаду впросак. Духи, как я вычитал в родном журнале «Профиль», дело интимное, и их надо покупать под темперамент и характер женщины (поди знай его заранее!). Кто ж спорит, что автомобиль или квартира решают все проблемы. Но... Таким образом, остается хороший ужин в дорогом ресторане и изредка совместный отдых.

И тут у Ляли случился день рождения. Одновременно меня не отпустили с работы в недельный круиз. И одновременно Ляля села на жесточайшую диету, так что ресторан отпал. «Может быть, в Москве есть какой-нибудь ресторан для тех, кто сидит на диете?» — предположил я. И был уничтожен язвительным взглядом. «Тебе нравится все, что либо противозаконно, либо безнравственно, либо ведет к ожирению», — сказала Ляля. Надо было решать, что дарить девушке. С тяжелым сердцем я отправился по магазинам. 

Целую субботу я протаскался по магазинам, но ничего не согрело мою душу. Как говорила одна умная женщина: «Выбирая мужа, я думаю, тот ли это мужчина, которому я захочу отдавать детей на субботу и воскресенье». Так и тут. Убив день, я так и не нашел вещь, в которую мне бы хотелось одеть Лялю. Я выполз совершенно измочаленный из «Пассажа», мечтая только об одном: удавить всех этих менеджеров по продаже. Или хотя бы одну. Стоит войти в отдел, как они все кидаются к тебе с приторным щебетом: «Вам помочь?» И норовят всучить вещь, которая вызывает наибольшее отвращение: то какую-нибудь блестящую юбку, то розовый костюмчик, то дикой расцветки шаль. В отделе женского белья, куда я забрел просто по неведению, продавщица охамела настолько, что предложила померить предмет женского туалета на себя. Я бежал, как Подколесин, бормоча под нос: «Нет, нет, только не это». Так вот, я вышел из «Пассажа» и свернул в Смоленский переулок. Тут взор мой упал на небольшой обувной магазинчик. «А почему бы и нет?» — устало сказал внутренний голос. Может, это и была капитуляция, но я вошел в магазин и, бросив беглый взор на полки, уставленные итальянской обувью, пришел к свежей мысли, что туфли, в сущности, отличный подарок.

Кроме того, вспомнил тут я, я Лялин должник. Был в нашей совместной истории эпизод, когда она ушла из моего дома босиком. Дама, наводившая порядок на следующий день, коварно выкинула Лялины «лодочки». Поэтому, когда бывшая моя жена позвонила через месяц и задыхающимся от негодования голосом попросила вернуть ей хотя бы туфли, я искренне признался, что выкинул их. А что, надо было сказать, что это сделала моя подружка Оля Ткач, девушка двухметрового роста, с роскошной грудью и копной русых волос? Кстати, под гитару пела очень неплохо.

Так что у меня был повод купить Ляле туфли. Тем более что это был редкий случай, когда я знал ее размер. Потому что эта самая Олька Ткач долго вопила, что я совращаю несовершеннолетних: у взрослой-де женщины не может быть нога 35-го размера.

После долгих и тщательных раздумий я выбрал Ляле темные «лодочки» фирмы TarTufoli с липучкой вместо застежки.

— Сразу видно, что у мужчины есть вкус, — улыбаясь, сказала продавщица, наблюдавшая за моими метаниями.

Меня это подбодрило. Я еще раз посмотрел на туфли и убедился, что они были просто верхом изящества и стиля. Заплатив 2980 рублей, я получил коробку с туфлями и отправился домой отходить после мучительного дня.

Зато меньше чем через сутки я уже звонил Ляле в дверь. Музыка, звон посуды, голоса мужчин и женщин.

Что Ляля умела — так это устраивать праздники. И, пожалуй, единственным недостатком нашей совместной жизни было то, что Ляля их устраивала каждый день. Придешь с работы, ляжешь на диван с газеткой, телевизор включишь, тапочки опять-таки рядом — и вот в тот самый сказочный момент, когда ты готов открыть банку пива и съесть свой кусок мяса, распахивается дверь: на пороге Ляля, а за ее хрупкой спиной орава, готовая втоптать в грязь твой личный выстраданный кайф.

Итак, я подарил Ляле розы, туфли, чмокнул ее в щеку. И отправился за стол.

Часа через три тостов и признаний в любви я обнаружил, что Ляля тщательно избегает моего взгляда и вообще сурова. Я пригласил ее танцевать. Она отказалась. Естественно, я спросил ее, что случилось.

— Штраух, мне надоели твои издевательства, — неожиданно всхлипнула она, и я увидел, что ее глаза полны слез. — Сначала он подарил мне букет желтых роз...

— Но продавщица сказала, что это самые модные нынче цветы!

— А потом, потом... — Она разрыдалась.

— Что? Что? — допытывался я.

Ляля повернулась и убежала в спальню. Через минуту она вернулась с коробкой туфель.

— Это только у тебя такие идиотские шуточки! Только я еще не поняла, что это означает. — Ляля протянула мне туфли.

О боги! Обе туфельки были на правую ногу!

— Что ты этим хочешь сказать?

— Свет мой, ничего. Это ошиблись, видимо, в магазине...

— Ах, ошиблись! А почему туфли разного размера? Я специально посмотрела. Одна туфля 35-го размера, а вторая —36-го!

Похоже, вид у меня был растерянный, и Ляля мало-помалу начала верить, что злого умысла здесь нет.

— Ляля, я завтра схожу в магазин и поменяю туфли. У меня сохранился чек. Не волнуйся. Это недоразумение. Пойдем лучше танцевать...

Легко было сказать, что чек сохранился. Утром я перевернулвесь дом, но так и не нашел заветного клочка бумаги. Я расстелил газету и вытряхнул на нее помойное ведро. Нет, здесь его тоже не было. У меня возникла было мысль расчекрыжить пылесос: может, домработница Вера Кузьминична переусердствовала? Но я вовремя сообразил, что с субботы она еще не появлялась. После минутного раздумья я еще раз перетряхнул все карманы и ящики. Тщетно. Подлая бумажка, как выяснилось, лежала в пепельнице. И чуть было не сгорела. Тщательно исследовав ее, я обнаружил, что туфли мне продала загадочная организация под названием ООО «Сигма-94», расположенная по адресу: 3-й Смоленский переулок, д. 2/7. Про сигму я знал только, что это греческая буква, а также что ею обозначают математическую функцию. Но какое отношение эта функция имеет к двум непарным туфелькам, предназначенным, по-видимому, для двух Золушек сразу?

Я взял чек, коробку с туфлями и отправился в 3-й Смоленский переулок.

У Кафки есть такой роман — «Исчезновение». Скромный клерк превращается однажды утром в паука — исчезает. Ну, в любезном отечестве, как выяснилось, можно провалиться в тартарары и не превращаясь в симпатичное насекомое. Но чтобы это проделал магазин!

Я стоял как полный идиот с коробкой туфель под мышкой на пороге магазина. Но фокус был в том, что магазина не было! Не было, и все тут! Было запертое пустое помещение без опознавательных знаков и объяснений. Зато словоохотливая тетенька, торгующая мороженым, все мне объяснила: они съехали. В субботу продали мне две туфли для разных женщин, а в воскресенье уже свалили к чертовой матери.

Солнце светило мне прямо в глаза. Громыхали утренние машины. А под ногами у меня бесстрашно полз по тротуару маленький паучок.